Наш адрес: 198095, Санкт-Петербург, ул. Зои Космодемьянской, д. 3
Телефон: 8 (812) 786-51-48
10.07.2019

Статья о гастролях детского театра из Хорватии.

Привет, фантазеры!

В театральном процессе у каждого из коллег по критическому цеху - свои пристрастия. Кто-то жаждет авангардных форм и перформативных провокаций, кому-то милы классические критерии и академическое мастерство. А кому-то кажется, что самое интересное — то, как уживается и сочетается на сцене то и другое. В театре для детей особенно явственны борьба и единство новаторских амбиций и традиционных основ, равно как и успех или неудача такого взаимодействия.

Один из примеров — постановка на «культовый» сюжет. Ведь если искушенному взрослому не чуждо удовольствие увидеть классическую историю неузнаваемой, то для ребенка именно момент узнавания любимого героя и знакомого текста чрезвычайно важен, дорог и праздничен. Не обмануть ожиданий маленького зрителя, и при этом создать оригинальное сценическое произведение — задача не из легких. Каждый режиссер пытается решать ее по-своему, но постановочные приемы и жанровые проблемы, зачастую, оказываются весьма схожими у театров разных стран и поколений. Это не хорошо и не плохо, это каждый раз пробуждает любопытство и заставляет задуматься.

Один из поводов — гастрольное представление театра «Жар-Птица» из Хорватии, состоявшееся в мае на сцене театра «У Нарвских ворот» (который ранее побывал в гостях у хорватских коллег со своими спектаклями).

О том, «Как живет Атунтун?» знает наизусть из стихотворений Григора Витеза каждый хорватский дошкольник. Главный герой — классический тип деревенского чудака, обаятельного в своем наивном фантазерстве. Он иглой и ниткой зашивает разбитое яйцо, посылает резвую свинку в сарай ловить мышей и может почти утонуть в кастрюле с супом... Наверное, об этом очень остроумно написано в любимых детьми стихах — и спектаклю приходится конкурировать с поэтическим текстом, материализуя его образы на сцене. Мы, не будучи знакомы с литературной основой постановки, радости узнавания были заведомо лишены, но зато вознаграждены любопытством...

Хотя постановка камерная (да к тому же — моноспектакль), над ней потрудилась солидная команда: режиссер Хелена Петкович, художник по костюму Зена Гламочанин, постановщик движения Младен Васари, композитор Дамир Симунович, художник по свету Весна Коларец и автор видео-проекции Ивица Мушан. Актер Анте Крстулович работает в довольно сложном рисунке, сочетающем элементы трюковой клоунады, пантомимы, игры с реквизитом, интерактивного общения со зрителями. Сразу видно: он не только доброжелательно харизматичен, но относится с живым интересом к жанру, материалу и своей адресной аудитории. Ему искренне нравится пасти трехколесный детский велосипед вместо коровы, разговаривать с нарисованными рыбами — и он совсем не боится вызвать на диалог малышню из зала, даже учитывая языковой барьер.

Спектакль про Атунтуна, который «все делает по-своему» складывается из эпизодов-реприз — и лишний раз убеждает, что язык клоунады поистине универсален. Сколько бы раз в истории театра мы ни видели вариации классического «лацци с мухой», значение имеет только качество исполнения и драматургическая своевременность этого трюка. Как бы ни было просто «закопать» бутафорское куриное яйцо на бутафорской грядке и подменить его «выросшим» в три раза — прием срабатывает, если актер сам способен ему удивиться. В таком сюжете, в таком жанре важнее всего доверие зрителя, и добиться его, сделать зал соучастником фантазий своего героя — вполне серьезная актерская удача. Тем более, что материальная часть спектакля довольно скромна, видео-проекция лишь немного помогает обозначить предлагаемые обстоятельства очередной репризы, а «закадровый голос» (как нам показалось) цитирует только некоторые сентенции из стихотворной истории. Безусловно, здесь пластическая выразительность — главное средство актерской игры. Атунтун, у которого «особенный ум», открывает воображаемые двери, ловит рыбу воображаемой удочкой, ловит в горшок темноту, темпераментно

мерзнет, скачет на воображаемом мустанге и комично общается с упрямым гусем, «сделанным» из собственной руки.

Именно потому, что авторы спектакля избрали такой язык, нельзя было не заметить некоторую скованность исполнителя в пластике — которая часто встречается у артистов, воспитанных в школе драматического театра. Порой и солидный опыт работы в синтетическом жанре, и добросовестная увлеченность, и личное обаяние не дают возможности полностью компенсировать недостаток физического тренинга и развитого пластического мышления, принципиально важных для артистов цирка или театра кукол. Разумеется, такие тонкие проблемные моменты видны лишь придирчивому взгляду. Но они заметны, потому что очень распространены в театре для детей самых разных стран, в спектаклях на самые разные сюжеты.

А зрители — первоклашки — приняли историю Атунтуна очень доброжелательно, охотно шли на контакт и сходу реагировали на шуточные акценты. Культового хорватского персонажа они встретили, как старого знакомого, вполне близкого русскому Емеле (нафантазировавшему самоходные ведра и сани) или Хаврошечке (пролезавшей в ушко коровы, чтобы соткать льняное полотно). Сказочные чудеса кем-то когда-то были придуманы, и по сей день дети — самая благодарная аудитория для них. Потому что сами фантазируют играючи.

Софья Ракитская,

июнь 2019